Search website

Аид: царство безвидности

Что же касается обиталищ Аида, то, во-первых, Аид – это Аидэс, аэйдос – «безвидность». То есть царство мертвых – это царство безвидности. Идея эйдоса, которую потом взял Платон для всей своей философии, которая стала в его философии центральной, была очень распространена в Греции даже просто на уровне быта. Потому что эйдос – это то, что англичане называют shape, – это модель, образ, который имеет в голове любой мастер.

Греческая культура – это, по большому счету, культура ремесленная. Это не культура только земледелия. И в этой ремесленной культуре очень важна ремесленная логика. Хороший ремесленник, хороший мастер, которому, скажем, воин заказывает меч, сначала имеет в голове образ этого меча, он знает, каким должен быть меч. Он должен быть красивым, такой-то длины, с такой-то рукоятью, так-то заточенный. И потом уже, исходя из этого образа в своем уме, из этого эйдоса, он делает руками этот меч.

Можно сказать, что греческий разум основан на эйдосе. И поэтому назвать некий мир без-эйдосным, назвать его Аидом, это сказать, что хуже мира не бывает. Там нет ни замыслов, ни воплощений. Поэтому неудивительно, что обиталище Аида, характеризуется как «мрачные, ужасные жилища, от которых трепещут и сами боги», то есть это место, где совсем несимпатично и куда попадать совсем не хочется.

Традициям Месопотамии и Ханаана (но не Египта!) тоже свойственно характеризовать мир мертвых как плохое, безрадостное обиталище. Это то, что евреи называли шеолом. И это вполне присутствует в Греции, и даже еще усилено. В шеоле просто спят, а здесь не спят, а реально страдают.

В Аиде нет душ. Потому что душа – это энергийно-волевое средоточие человека. А в Аиде нет никакой силы, никакой воли, тем более – ума. Способность мыслить в Аиде оставлена как особый дар только одному фиванскому прорицателю Тиресию. Ради встречи с ним и спускается Одиссей в Аид. Сам Одиссей говорит: «Он лишь с умом, все другие безумными тенями веют».

У греков есть две души. Одна душа нисходит к Аиду, а другая просто растворяется и исчезает. «Подлинно, – говорит Ахилл после встречи с духом Патрокла, – есть и в Аидовом доме подземном дух человека и образ, но он совершенно бесплотный».

(по лекции Андрея Зубова)

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *